Narindol
If we do withdraw, the horizon will seem to burn.
Начинаю понемногу выкладывать свои тексты с ФБ. "Одна" - первая вещь, написанная для Ребут-команды, в некотором роде проба сил. Текст-зарисовка, без претензии на глубокий смысл и лихо закрученный сюжет, но чем-то он мне все же нравится =)

Название: Одна
Автор: Narindol
Бета: Альре Сноу
Размер: мини, 1888 слов
Персонажи: Дот, Мышь, ТВ-Майк
Категория: джен
Жанр: ангст, драма
Рейтинг: G
Краткое содержание: конец третьего сезона, времена Мегафрейма. Дот пытается найти ответ на вечные вопросы «Кто виноват?» и «Что делать?».


Рисунок CyrionB

Дот отвела взгляд от видеоокна, в которое всматривалась до рези в глазах. Все так же, как наносекунду назад. И так же, как последние несколько секунд. Нет больше смысла наблюдать за ситуацией – ничего не меняется. Пустые улицы разрушенного, полумертвого Мэйнфрейма, по которым изредка проезжают патрули вирусных биномов и еще реже, старательно прячась за грудами обломков, пробирается кто-нибудь из немногочисленных уцелевших жителей. Никакой концентрации вражеских сил, никаких признаков того, что последнее укрытие повстанцев собираются атаковать.
Наконец-то наступило равновесие, подумала она, невесело усмехнувшись про себя. У нас больше нет сил, чтобы причинить Мегабайту хоть какой-то ощутимый вред, у него нет желания покончить с нами. Портал в Суперкомпьютер он не открыл, значит, из нашей системы ему пока никуда не деться. А если здесь у него не останется ни одного противника, то он совсем заскучает.
Желание хорошенько поразмыслить над событиями минувшего цикла одолевало ее давно, но возможность сделать это появилась впервые. С того самого момента, когда в город проникла тварь из Паутины, постоянно приходилось решать проблемы, возникающие здесь и сейчас. Как говорила Мышь: «Думать некогда, надо соображать. И побыстрее». А когда наступало относительное затишье, хотелось только одного – добраться до кровати и урвать хоть чуть-чуть сна.
Голова просила размышлений, ноги устали от долгого сидения в одной позе и просили движения, но в их подземном убежище совместить это было никак нельзя. Если размышления никому не создавали неудобств, то Дот, меряющая шагами небольшое пространство комнаты, носившей сейчас гордое имя командного центра, помешала бы практически всем.
– Мышь! – окликнула она подругу.
Хакер, совмещавшая сосредоточенное изучение чего-то на экране с медленным потягиванием энергококтейля через трубочку, повернулась в ее сторону и вопросительно взглянула на Дот.
– Я пойду пройдусь наверх.
Энергококтейль застрял у Мыши в горле. Когда она откашлялась и восстановила способность говорить, то осторожно спросила:
– М-м-м... Дорогуша, а ты не находишь, что наверху сейчас не самая лучшая погода для прогулок?
– Мне надо походить и подумать. И желательно в одиночестве. Здесь я этого никак не сделаю.
Мышь понимающе кивнула.
– К Центральному Офису не ходи, я тебя прошу. Не пытайся в одиночку выгнать оттуда Мегабайта. И пистолет захвати на всякий случай.
– Не пойду. Пытаться не буду. Пистолет захвачу, – Дот, взяв со стола оружие, сунула его в кобуру на поясе.
– Хорошей прогулки, – улыбнулась Мышь. – И не задерживайся надолго.
– Спасибо. Я скоро вернусь, не волнуйся.
Стоило Дот отправиться к выходу, как неразлучная пара Хэк и Слэш двинулась за ней. После того, как Гексадецимал в очередной раз разнесла их на куски, а Фонг собрал по частям и перепрограммировал, бывшие подручные Мегабайта выглядели довольно потрепано, но слабее не стали. Умнее, к сожалению, тоже.
– Я пойду одна, парни, – остановила их Дот.
– А вдруг на вас нападет кто-то, мэм? – пробасил Хэк.
– Вдруг вас попытаются в плен взять? – поддержал его Слэш.
После того, как Мегабайт захватил Центральный Офис, эти двое, похоже, возложили на себя функции ее личной охраны.
– Благодарю за заботу. Я сама справлюсь.
Удрученно пожав плечами, они вернулись обратно.
Дот приложила ладонь к сенсорной панели, подождала, пока массивная металлическая дверь откроется, и вышла из убежища.
Раньше это был подвал большого торгового центра в секторе Бодвей. То, что осталось от самого центра, теперь горой камня и обломков укрывало штаб повстанцев.
Она вышла на подземную парковку, и шаги ее ботинок по асфальту отозвались гулким эхом. Далеко впереди через наполовину засыпанный выход проникал тусклый свет, здесь же идти приходилось в полумраке, и Дот вытянула перед собой руки, чтобы ненароком не налететь на что-нибудь.
Выбравшись наружу, она огляделась по сторонам. Последние несколько минут Дот очень редко покидала штаб, и за это время обстановка наверху изменилась только к худшему. Сектор Бодвей, в котором раньше располагалась большая часть городских магазинов, представлял собой очень печальное зрелище. Особенно для того, кто помнил его совсем другим. Его здания, в отличие от небоскребов Уолл-Стрит, не имели обыкновения падать как спиленные деревья при первой же возможности и уцелевших домов здесь было гораздо больше, но их вид – безмолвные, с пустыми глазницами разбитых окон – действовал гнетуще. Тяжелое темно-фиолетовое небо, нависавшее над городом, довершало картину.
Когда-то – в результате сбоя системы, на грани поражения – она уже видела нечто похожее. Триумф Мегабайта, разрушенный город, навеки потемневшее небо, вирусные биномы, шагающие по улицам. И жители, обращенные в рабов, с отсутствующими, остекленевшими взглядами и клеймами штрихкодов на лбу. Тогда увиденное вмиг отбило у Дот охоту сдаваться.
Сейчас город до боли напоминал это видение. Разве что штрихкодов на уцелевших мэйнфреймеров никто не ставил и разума не лишал – Мегабайту это оказалось ни к чему. И Дот отчаянно захотелось, чтобы картина, представшая перед ее глазами, снова оказалась ненастоящей, чтобы она крикнула: «Нет, я не хочу проиграть!», и снова оказалась в том месте и в то время, когда можно сделать правильный выбор и всех спасти.
А когда я могла сделать такой выбор? – спросила она себя. – В какой момент ошиблась, чего не предусмотрела?
Когда армия вирусов штурмовала Центральный Офис, Фонг сказал ей: «Ты должна выжить, чтобы Мегабайт не выиграл войну», и она ушла вместе с остальными защитниками, а он попал в плен… Дот предпочитала не думать, жив ли еще старый спрайт, и если да – то что сейчас с ним происходит. Нет, тогда от их выбора ничего не зависело. Она, Мышь, биномы-солдаты и биномы-полицейские могли бы остаться и сражаться до последнего, но силы явно были неравны. А дальше – либо удаление, либо плен.
Ноги по-прежнему хотели двигаться, и она зашагала по пустынной улице, обходя то и дело преграждавшие ей путь завалы. Шла без цели, просто чтобы не стоять на месте. Вокруг не было ни души. Биномы, приходившие из сектора Китс, в котором ютилось все немногочисленное нынешнее население города, давно уже выгребли запасы продовольствия и всего мало-мальски ценного из покинутых магазинов – хранить это у себя дома было гораздо удобнее, чем каждый раз предпринимать рискованные вылазки. Теперь сюда не заглядывали даже патрули.
Может быть, она сделала неправильный выбор, когда Энзо вошел в ту злополучную игру, чтобы уже никогда не вернуться обратно? О том, что ее брат и Андрэйя превратились в полуразумные слизнеподобные создания, ползающие где-то в Затерянных Углах, Дот тоже предпочитала не думать. Тогда она могла не пустить их в игру, но что толку? Вечно уклоняться от игр нельзя – система не выдержит такого количества обнулений и разрушится. А Энзо, как бы он ни старался соответствовать званию Стража, все-таки был еще очень молод. Не в этот, так в другой раз его все равно постигла бы неудача.
Может быть, она сделала неправильный выбор, когда согласилась на непостижимый союз с Мегабайтом и Гексадецимал? Она ведь знала, что нельзя доверять вирусам, ни при каких обстоятельствах нельзя. Выжил ли Боб там, в Паутине, где никому из Сети выжить невозможно? Найдет ли он дорогу домой? Как-то слишком много вещей, о которых она старается не думать. Нет, и тогда от их выбора ничего не зависело. В одиночку им было не устоять против обитателей Паутины.
А все, что было до этого – решение Турбо уничтожить спрута вместе с Мэйнфреймом, появление Гигабайта, проникновение паутинного монстра в систему – все это тем более было не в их власти. Ну как они могли повлиять на Верховного Стража? Кто мог знать, что ТВ-Майку придет в голову развлечь Гексадецимал пением оперной певицы с ультравысоким голосом как раз в тот момент, когда ее зеркало показывало Паутину?
Отлично, Дот Матрикс, Command.com Мэйнфрейма и лидер Сопротивления. Ты, конечно же, ни в чем не виновата. Можно только посетовать на судьбу-злодейку и сказать Бобу, когда (и если) он вернется: «Я не уберегла город, который ты защищал и ради которого столько раз рисковал жизнью, но в этом нет моей вины. Это все цепь роковых случайностей».
И хотя все, обрушившееся на Мэйнфрейм за последнее время, трудно было назвать иначе, чем роковой случайностью, и не было здесь никакой вины Дот – от осознания того, что она не смогла ничего придумать, ничего с этим сделать, ей стало невыносимо плохо.
Что теперь остается? Ждать возвращения Боба – через секунду, минуту, цикл или десять циклов, и надеяться, что он-то непременно придумает, как победить вирусы и все исправить? А если Боб не вернется? Ждать, пока Мегабайт отправит своих воинов в последнюю атаку, от которой им не отбиться? Или, если он откроет портал и уйдет, не утруждая себя расправой с последними горожанами, доживать свой век в умирающей системе?
В носу предательски защипало. Дот попыталась сдержать слезы, но они слишком долго копились в ней, и по щекам сами собой побежали горячие ручейки.
Перестав бороться с собой, она остановилась, уткнулась лбом в полуобвалившуюся стену и разрыдалась во весь голос. Она плакала за себя, взвалившую на плечи груз больший, чем могла поднять, и раздавленную этим грузом, и за Стража, сгинувшего где-то в крутящемся безумии Паутины; за брата, который так хотел быть героем, так хотел убедить всех, а больше всех – самого себя, что он достойный преемник Боба; за Андрэйю, пошедшую следом за тем, кого наконец-то смогла назвать своим другом; за Фонга, отдавшего себя в руки Мегабайта, чтобы дать ей возможность уйти, за всех, кто был удален, защищая Мэйнфрейм, и за сам город, лежащий в руинах; за Мышь, которая наверняка не нуждалась в том, чтобы о ней плакали, но которую все равно отчего-то было жалко.
– Почему? – спросила она у темно-фиолетового неба. – Ну почему все так?
Небеса промолчали, но совсем рядом, по ту сторону стены, раздался голос, заставив Дот подскочить от неожиданности и схватиться за пистолет:
– Тьма пала на Мэйнфрейм, но даже сейчас в жителях города не угасают любовь к свободе и они продолжают сражаться. А я продолжаю свой репортаж с полей Вирусной Войны...
Она узнала говорившего раньше, чем он вышел из-за стены, потому что спутать этот голос с кем-либо еще было невозможно.
– Ма-а-айк! – простонала Дот, пряча пистолет в кобуру. – Что ты здесь делаешь?
– Мисс Матрикс? Рад Вас видеть, – золотогубый рот ТВ-Майка расплылся в широченной улыбке. – Я же военный корреспондент, мой долг – находиться в эпицентре событий. Пользуясь случаем, хочу спросить у вас, каковы планы Сопротивления на ближайшее время?
Плакать, когда рядом был Майк, оказалось невозможно. Он поднимал настроение одной своей непрерывной болтовней.
– Планы? – Дот задумалась, но теперь не о том, почему все так плохо, а о том, что ответить «военному корреспонденту». Не скажешь же, что лидер Сопротивления в ближайшее время изволит предаваться унынию и самокопанию, а ее бойцы ждут, пока она закончит и вернется к своим обязанностям? – Ну, о планах я тебе не расскажу, потому что это военная тайна. Но могу сказать, что мы продолжаем борьбу и не намерены сдаваться.
В воздухе перед Дот со щелчком открылось видеоокно, и ее взору предстало лицо Мыши.
– Как погуляла? – осведомилась хакер.
– Хорошо, – ответила Дот, но прозвучало это не слишком убедительно, а красные глаза и хлюпающий нос начисто опровергали ее слова.
– Послушай, дорогуша, – с подчеркнутой серьезностью спросила Мышь. – Тебе знаком термин «распустить нюни»?
– Знаком, – Дот шмыгнула носом. – И то, что это не очень достойное занятие, я тоже знаю. Я все знаю, Мышь.
– Тогда вытирай слезы и возвращайся. Тут кое-какие новости. Не обещаю, что они тебя развеселят, но точно заинтересуют.
– Говори, не интригуй, – Дот заинтересовалась одним упоминанием о том, что наконец-то произошло нечто новое. По крайней мере, это сможет отвлечь от мрачных мыслей.
– Помнишь, я оставляла ловушку по нашему адресу в Паутине? Кто-то в нее угодил. И я даже больше тебе скажу – вырвался из нее. Похоже, у нас скоро будут гости с той стороны.
Сердце Дот подпрыгнуло куда-то очень высоко. Скорее всего, это еще один паутинный монстр. Но может быть...
– Жди, сейчас буду! – она закрыла видеоокно. – Извини, Майк, мне надо вернуться в штаб.
– Что-то важное, мисс Матрикс? – полюбопытствовал тот. – Я могу отправиться вместе с вами?
– Нет, к сожалению, – Дот чуть улыбнулась. – Я не могу показывать, где находится убежище.
– Военная тайна, – понимающе кивнул Майк.
– Что-то вроде того. Но могу тебе сказать, что скоро будет очень много новостей.
Махнув ему рукой на прощание, Дот побежала обратно.
– Много новостей – это отлично, – сказал Майк сам себе. – Надеюсь, они будут хорошими.

@темы: ReBoot, In Battle, Cryptic Writings