15:50 

"Матч"

Narindol
If we do withdraw, the horizon will seem to burn.
У нас с товарищами по творческому объединению "Росянки" существует идея целого цикла историй про Упоротую Инквизицию. Арбитр Грахам Ольден и инквизитор Штирер со свитой - это персонажи оттуда, а "Матч" придумался как своего рода предыстория Ольдена, рассказ о том, как он дошел до жизни такой и оказался в стройных рядах Инквизиции. Идея матча с эльдарами, как нетрудно догадаться, родилась во время недавнего чемпионата Европы по футболу =)

Название: Матч
Автор: Narindol
Бета: Альре Сноу
Размер: мини, 2725 слов
Пейринг/Персонажи: ОМП-Адептус Арбитрес, ОМП-эльдар, ОМП-инквизитор
Категория: джен
Жанр: юмор, экшен
Рейтинг: G
Краткое содержание: Стратегии слуг Империума при столкновении с ксеносами, как правило, не отличаются гибкостью. Но даже если противник превосходит тебя числом, еще можно отыскать нестандартный способ достижения победы.


— Часа через три мы будем у вас, — по голосу Кентола легко можно было представить его довольное лицо. — Мы и инквизитор со свитой. Они наконец-то заберут проклятый цилиндр, так что кончается ваш отдых.
— Хорошо, что все обошлось, сэр, — хотя ничего страшного за эти дни не произошло, и Ольден был готов охранять артефакт еще пару недель, известие о скором окончании их службы он все равно воспринял с облегчением. До сих пор ничего не произошло, но кто его знает, как поведет себя цилиндр завтра. Или послезавтра. Или всего через несколько минут.
— Сплюнь. Будем говорить, что все обошлось, когда эту ксенохреновину увезут куда-нибудь подальше. Желательно за пределы планеты. Все, жди нас. Конец связи.
— Тьфу-тьфу-тьфу. Конец связи, сэр.
Для поддержания порядка на Гунладе, тихом и сонном аграрном мире, вполне хватало местной полиции и двух представителей Адептус Арбитрес. Иеронимус Кентол, с которым только что разговаривал Ольден, был старшим из двоих. Сам Грахам Ольден — младшим.
Неделю назад Кентол вызвал его и показал пикты с глубокой ямой посреди поля, заросшего густой травой. В яме лежал откопанный наполовину металлический цилиндр высотой в человеческий рост, покрытый какими-то странными письменами.
— Некий фермер по фамилии Эйджар, живущий в верховьях Иды, надумал строить новое овощехранилище. Не успел начать, как откопал эту штуковину, — пояснил начальник.
— Ксеноартефакт? — с сомнением спросил Грахам. Нельзя сказать, что поверхность и недра Гунлада были изучены так уж досконально, но все-таки люди жили на этой планете не одну тысячу лет, и следов присутствия чужих рас им раньше не попадалось.
— Может быть, — Кентол пожал плечами. — В любом случае, с этой штукой лучше разбираться тем, кто понимает в таких вещах. Эйджар обратился в полицию, те — ко мне, а я связался с Инквизицией. Через несколько дней здесь должен быть человек из Ордо Ксенос, который заберет эту штуку. А пока он не прибыл — бери несколько парней потолковее из полиции, отправляйся на ферму и стереги цилиндр. Пока он никак себя не проявил, лежит и лежит, но кто может поручиться, что завтра из него не полезут какие-нибудь твари? Или за ним не явятся какие-нибудь твари.
Грахам поехал к командиру городских патрульных, отобрал из его людей пятерых, которых знал хорошо («Мозо, Динола, Доннеллон, Букмиллер и ван Хеппель». — «Ольден, ты меня без ножа режешь! Лучших сотрудников уводишь!» — «Да у тебя все лучшие и незаменимые, кого ни возьми». — «Шучу. Уже и повозмущаться нельзя?»), выписал со склада полиции палатку, генератор и недельный запас провизии, и они отправились стеречь загадочный артефакт.

Служба оказалась почти отпуском. Цилиндр по-прежнему никак себя не проявлял, никаких сомнительных личностей поблизости от него не появлялось, а вокруг царила сплошная сельская идиллия. Двое из них поочередно наблюдали за артефактом, остальные же в это время свободно могли гулять по окрестностям, купаться в Иде, очень спокойной и очень чистой реке, вести бесконечные разговоры друг с другом обо всем подряд и вообще наслаждаться жизнью. Слегка омрачали идиллию только на две вещи. Во-первых, у фермера Эйджара было двое сыновей и ни одной дочери, так что полицейские оказались лишены возможности закрутить роман на лоне природы. Во-вторых, на ферме не было телевизора, а в конце недели должен был состояться финал кубка Гунлада по местной командной игре в мяч, которую на низком готике называли гарпастумом, и его не хотелось пропускать.
Отключившись, Ольден обратился к полицейским, ожидавшим от него новостей.
— Ну что, парни? Наш отпуск подходит к концу. Через три часа прилетят те, кто надо, заберут эту хреновину, и мы поедем домой. Как раз успеем посмотреть финал.
Судя по лицам его временных подчиненных, они тоже испытывали смесь огорчения от того, что блаженное ничегонеделание заканчивается, и радости от того, что больше не надо будет находиться рядом со штукой, опасной в своей неизвестности.
— Последние три часа стережем цилиндр и никуда не уходим, — велел Грахам. — Пускай начальство, когда явится, увидит, что мы на страже.
— Есть, сэр, — все пятеро кивнули и последовали за ним на край поля, к яме, в которой все так же безмолвно поблескивал на солнце металлическими боками загадочный артефакт.
— Позвольте спросить, сэр, — обратился к нему Букмиллер. — А за кого вы будете болеть сегодня?
— За «Жеребцов», хоть «Сороки» и считаются явными фаворитами, — ответил Ольден. — Команда у «Жеребцов» молодая, сил у них больше, начиная с одной восьмой играют все лучше и лучше, так что я ставлю на юность.
— Ну, опыт тоже не стоит сбрасывать со счетов, сэр, — возразил Динола. Он болел за «Сорок». — Что толку от быстрого бега, если игроки не понимают, зачем они бегают?
— Тех, кто дошел до финала, как-то не с руки обвинять в бездумной беготне, — ван Хеппель тоже ставил на юность.
Так и провели бы они оставшееся время за разговорами о спорте и периодическим поглядыванием на цилиндр. Но в нос им неожиданно ударил сильный запах озона, воздух на поле начал как-то странно колебаться, и в нем начали вспыхивать светящиеся круги.
— К бою! — скомандовал Ольден, ощущая, что из этих порталов вряд ли появится кто-то дружелюбный.
«Все обошлось, все обошлось... Сглазил, варп меня раздери!»
Бегом преодолев расстояние, отделявшее их от ямы, полицейские взяли дробовики наизготовку и стали в круг спиной к спине.
А по всему полю уже открывались мерцающие двери порталов, из которых, двигаясь с нечеловеческой скоростью и ловкостью, выскальзывали стройные фигуры в высоких шлемах и ярких доспехах.
«Эльдары!» Грахам судорожно попытался вспомнить все, что им рассказывали об этих ксеносах в Схола Прогениум. Ловки до крайности, хитры до крайности, заносчивы до крайности. Вымирающая раса, которая дорожит жизнью каждого из своих. Презирают людей, но иногда все же идут на контакт.
— Их тут не меньше сотни, сэр, — сообщил Мозо, добросовестно подсчитывавший эльдаров. — Не хочу показаться пессимистом, но похоже, что нам кранты.
— Семнадцатый вызывает первого! — крикнул Ольден, включая вокс.
— Что у тебя там стряслось, семнадцатый? — Кентол явно был удивлен его выходом на связь спустя каких-нибудь пять минут после предыдущего разговора.
— Здесь эльдары, сэр! Не меньше ста!
Кентол вполголоса выругался.
— Мы уже в пути, Грахам. Продержись до нашего прихода.
— Постараюсь, сэр, — Ольден отключился. И он, и его начальник понимали, что сейчас им может помочь только чудо.
Эльдары тем временем взяли людей и яму с цилиндром в кольцо. Они тоже держали оружие наизготовку, но не стреляли, и в этом Грахам увидел пускай призрачный, но все-таки шанс.
— Без команды огонь не открывать, — приказал он полицейским. — Попробую с ними поговорить.
Стражи порядка наверняка сочли это безумием, но промолчали. Командир, должно быть, знает, что делает.
Держа дробовик стволом вверх, Ольден поднял левую руку и шагнул навстречу ксеносам.
— Не стреляйте! — произнес он как можно громче и медленнее, надеясь, что они поймут его слова. — Кто вам командует? Я хочу поговорить с ним.
Из строя эльдаров вышел вперед воин, чьи доспехи были самыми яркими, а выражение шлема — самым надменным.
— Я предводитель этого отряда, — из зубчатой решетки, прикрывавшей рот, зазвучал низкий готик. Сильно искаженный нечеловеческим произношением, но все же понятный. — Что ты хочешь мне сказать, мон-кей?
Мон-кеями они называют нас, вспомнил Грахам. И это переводится как-то обидно, но сейчас немного не то время и место, чтобы мстить ксеносам за оскорбление.
— Вы пришли забрать вот это? — арбитр указал свободной рукой на цилиндр. — Нам эта штуковина нужна не меньше вашего, и мы так просто ее не отдадим.
— Я интуитивно догадался, — презрительно бросил эльдар. — Иначе бы здесь не было вас с оружием. Можете не отдавать. Мы перешагнем через ваши трупы и все равно заберем артефакт.
— Верно, вас больше и вы можете нас убить, — согласился Ольден. — Но мы успеем забрать с собой многих из твоих воинов. А жизнь каждого эльдара бесценна, ведь так?
— Так, — кивнул предводитель. — И что?
Грахам пока и сам не очень-то понимал, к чему он хочет подвести разговор. Заговаривать зубы ксеносу все три часа ему вряд ли бы удалось. Надо было срочно что-то придумать, а в голове засел и упрямо не желал покидать ее вопрос «кто сегодня возьмет Кубок?». Совершенно неуместный в данной ситуации.
— Жизнь каждого жителя Империума столь же бесценна. Так давай не будем зря тратить эти бесценные жизни.
— Ты хочешь решить дело поединком? — изумился ксенос. — Не возражаю, но знай, что я прикончу тебя раньше, чем ты успеешь нанести первый удар. И любой из моих воинов в поединке прикончит любого из твоих столь же быстро.
Насчет этого Грахам мог бы поспорить, но для этого тоже было не то время и не то место.
— Я вообще не хочу проливать кровь. Ничью кровь. Я предлагаю тебе сыграть в игру.
Ольден, не оборачиваясь, прямо-таки ощутил, как вытягиваются лица у полицейских, а в воздухе повисает вопрос, одновременно возникший у всех пятерых: «не сошел ли командир с ума?» Он и сам сейчас не был уверен в здравости собственного рассудка. Но, раз уж думать ни о чем, кроме гарпастума, сейчас не получалось, надо было использовать гарпастум.
— На этой планете есть такая игра, — продолжил арбитр свою мысль, убедившись, что ксенос его слушает. — Я и пять моих людей с одной стороны, шестеро воинов с твоей стороны. Сооружаем прямо на этом поле двое ворот, берем мяч, — он изобразил рукой в воздухе сферу, объясняя, что такое мяч. — Играем сорок пять минут, потом небольшой перерыв, потом еще сорок пять минут...
— ...и выигрывают те, кто за это время, перебрасывая мяч ногами, больше раз загонит его в ворота соперника, — закончил за него эльдар. Теперь пришла очередь Грахама изумляться. — Мон-кей, твои предки еще не научились плавить металл, а мой народ уже играл в эту игру, пиная отрубленные головы врагов. И чего ты хочешь, если вы вдруг победите?
— Тогда вы уйдете отсюда, оставив нам артефакт. Выигрываете вы — мы отдаем артефакт без единого выстрела.
— Я согласен, — эльдар даже не раздумывал над предложением. — Но знай, что мы обыграем вас даже на одной ноге и с завязанными глазами.
— Посмотрим, — ответил Ольден. — Выбирайте своих игроков.
Ксенос, кивнув, вернулся к своим воинам. Полицейские стояли, разинув рты и не отрываясь глядя на Грахама.
— Букмиллер, беги на ферму, попроси у хозяина мяч, — скомандовал арбитр. — И предупреди, чтобы ни он, ни его домашние на поле носа не показывали. А мы строим ворота и готовимся к самому важному мачту в нашей жизни, парни.
Полицейские вышли из ступора. Букмиллер бросился в сторону фермы, остальные начали смотреть по сторонам, думая, из чего бы соорудить ворота.
— Прошу прощения, сэр, — осторожно обратился к Ольдену Мозо. — Вы хорошо подумали?
— Я вообще особо не раздумывал, — честно признался Ольден. — Если кто-нибудь потом будет спрашивать, чья была идея — валите все на меня.

Они соорудили пару ворот, сняли доспехи и аккуратно сложили их вместе с оружием. Букмиллер принес мяч с фермы. Эльдары, отобрав шестерых воинов для игры, тоже разоблачились, оставшись в облегающих комбинезонах из темной ткани. Их тонкие лица оказались очень похожими на человеческие и даже выглядели бы красивыми, если бы не надменное выражение, наблюдать которое без шлемов было просто невыносимо. Предводитель тоже вызвался играть.
— Меня зовут Эргвейнель, автарх мира-корабля Ультвэ, — сказал он Грахаму. — Я хочу, чтобы ты знал, кто тебя обыграет, мон-кей.
— А я Грахам Ольден, Адептус Арбитрес, — парировал Грахам. — И я хочу, чтобы ты знал, кто тебя обыграет, ксенос.
— Сэр, — Динола тронул его за плечо. — Вы думаете, ксеносы нас не обманут?
— Нет, — ответил Ольден. — Если правда то, что я о них знаю, то эльдары очень тщеславны. Им интереснее будет обыграть нас по-честному. Вот только мы не доставим им такого удовольствия.
Уже через несколько минут после начала обе команды поняли, что для победы придется изрядно постараться. На стороне эльдаров были ловкость и скорость. На стороне людей — сила и выносливость. Никто не хотел уступать, за мяч боролись ожесточенно, выделывали хитрые финты, стелились в подкатах, вратари совершали немыслимые прыжки, защищая ворота, и даже самый пристрастный наблюдатель не смог бы сказать, кто берет верх.
За две минуты до конца второго тайма Грахам забил третий мяч, выведя свою команду вперед.
— Три-два, Эргвейнель, — с трудом выдохнул он, когда эльдар из числа зрителей, следивший за временем, поднял руку, обозначив конец игры. — Мы выиграли.
Автарх на пару секунд застыл, словно сомневаясь в реальности произошедшего. Затем посмотрел на лица своих воинов, выражавших глубочайшую досаду, принял картинную позу и воскликнул:
— Презренные мон-кеи! Сегодня удача улыбнулась вам, но знайте, что мы еще вернемся и поквитаемся с вами за это поражение!
Отвернувшись, он ушел с поля, уводя за собой побежденную эльдарскую команду. Снова запахло озоном, снова вспыхнули порталы, и ксеносы исчезли без следа, словно и не было их никогда на этой планете.
— Ну, по крайней мере, слово свое сдержали, — сказал Грахам обступившим его полицейским. Насквозь мокрым от пота, но безмерно счастливым.
Они обнялись и застыли, пытаясь осознать, что совсем недавно были на волосок от смерти, что спаслись, сделав ксеносам абсурдное предложение сыграть в гарпастум, и что сумели обыграть их.
Такими их и увидел Кентол, когда спустя несколько минут небо загудело, на поле начали один за другим садиться транспортники, а из них высыпала целая толпа народа: полицейские, солдаты Сил планетарной обороны, техножрецы с какими-то машинами и сервиторами, и еще Император знает кто.

После того, как Ольден привел себя в порядок, снова облачился в доспехи и доложил начальнику обо всех событиях последних трех часов, Кентол на некоторое время погрузился в раздумья, наблюдая за работой Механикум, аккуратно извлекавших артефакт из земли.
— Понимаешь, Грахам, — наконец прервал он молчание. — Ты, конечно, большой молодец. Защитил артефакт, сам остался жив, сберег жизни парням, утер нос эльдарам. Я всегда знал, что ты способен на неожиданные решения и что из тебя выйдет толк. Но ты заключил сделку с ксеносами. Конечно, это не выйдет за пределы официальных органов Империума, однако даже в пределах этих органов об этом уже узнало слишком много людей.
— Прошу прощения, сэр, — ответил Ольден. — Но Имперская Гвардия, Адептус Астартес и даже Инквизиция порою не гнушаются заключать сделки с эльдарами ради блага Империума.
— Это их дела, — покачал головой Кентол. — Пускай они сами отвечают за них. А Адептус Арбитрес не могут бросать на себя тень договорами с ксеносами. Исключительно потому, что я очень хорошо к тебе отношусь, и потому, что ты все-таки вышел победителем из этой истории, я дам тебе возможность уйти в отставку, а потом покинуть планету. Чем раньше, тем лучше. В идеале — уже сегодня. И постараюсь, чтобы сегодняшние события не получили для тебя продолжения.
— Так точно, сэр, — вздохнул Ольден. Они и сам понимал сомнительность своих возражений. — А парни? Что будет с ними?
— Они ведь действовали по твоему приказу. Поэтому, если не станут болтать лишнего, ничего им не будет. И об этом я тоже позабочусь, — заверил Кентол.
— Спасибо, сэр.
Отсалютовав на прощание, Ольден пошел к транспортнику. Делать ему здесь больше было нечего. По-хорошему ему полагалось быть раздавленным и опустошенным, но арбитр почему-то не ощущал ровным счетом ничего. Думать ни о чем не хотелось, осмысливать события, разом свалившиеся на него за эти полдня — тоже. Грахам слишком устал. Осмысливать произошедшее и обдумывать свою дальнейшую жизнь он будет потом, когда вернется в город и напишет рапорт об отставке.
— Арбитр! — кто-то окликнул его. Обернувшись, Грахам увидел идущего к нему худощавого мужчину в кожаном плаще, под которым угадывались очертания доспехов. Чуть поодаль за ним следовали техножрец в традиционном облачении Механикум и молодая темноглазая девушка в скромном платье и платке, целиком закрывающем волосы.
— Грахам Ольден, Адептус Арбитрес, — Ольден сотворил знак аквилы. Хотел добавить «пока еще Адептус Арбитрес», но решил, что посторонним совсем не обязательно знать такие подробности.
— Инквизитор Родальт Штирер.
Апатия и безразличие к окружающему миру резко покинули Грахама. Ну вот, им уже заинтересовалась Инквизиция.
— К вашим услугам, инквизитор, — кивнул Ольден. Может быть, инквизитор не сразу начнет размахивать инсигнией, пистолетом, чем-нибудь еще и обвинять его в ереси.
— Обыграть эльдаров в гарпастум было твоей идеей?
— Моей, — не стал отрицать Грахам.
— Так, — на лице инквизитора был написан неподдельный интерес. — И ведь обыграл?
— Обыграл, — согласился арбитр.
Родальт расхохотался, переглянувшись со своими спутниками. Девушка в платке улыбнулась одними уголками губ. Из-под капюшона Механикума тоже послышался смех.
— Трон Терры, это по-нашему, — инквизитор хлопнул Ольдена по плечу. — Люблю неординарно мыслящих людей. А неординарно мыслящих людей, у которых за плечами Схола Прогениум и специальная подготовка арбитра, я тем более люблю. Пойдешь ко мне в свиту?
Грахам опешил. Он ожидал, что его сейчас либо арестуют, либо застрелят на месте. В крайнем случае — присоединятся к словам Кентола, посоветуют убраться куда-нибудь на другой конец Империума и до конца своих дней вести тихую и скромную жизнь, не привлекающую лишнего внимания. Предложения вступить в Инквизицию он не ожидал никак.
— Да как-то... — арбитр даже не нашел, что сказать. — Спасибо за предложение, но я никогда не думал об этом...
— К нам никто никогда не идет целенаправленно, — успокоил его Родальт. — Мы сами находим себе людей. Ну так что? Согласен?
Варп с ним, подумал Грахам. Сегодня утром я знал, что скоро вернусь в город и моя служба будет идти своим чередом. В полдень у меня были большие сомнения относительно того, доживу ли я до вечера. Пять минут назад моя жизнь перевернулась вверх дном, а будущее мое было окрашено в исключительно мрачные тона. Поступить на службу в Инквизицию — достаточно безумное завершение для этого безумного дня. Тем более, выбирать-то мне теперь особо не из чего.
— Согласен.
— Ну вот и отлично, — Родальт кивнул в сторону девушки и техножреца. — Это Илана Керр и Кси-Эпсилон-15-32. Твои новые боевые товарищи. Потом ты познакомишься с ними ближе, а теперь расскажи мне подробнее об этих эльдарах...

@темы: Вархаммер, In Battle, Cryptic Writings

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Обитель туманов

главная